-- Как жизнь, Фаина Георгиевна?
-- Я вам еще в прошлом году говорила, что говно. Но тогда это был
марципанчик.

-- Оптимизм -- это недостаток информации.

-- Стареть скучно, но это единственный способ жить долго.

-- Старость, -- говорила Раневская, -- это время, когда свечи на
именинном пироге обходятся дороже самого пирога, а половина мочи идет на
анализы.

О новой актрисе, принятой в театр "Моссовета":
-- И что только ни делает с человеком природа!

Обсуждая только что умершую подругу-актрису: -- Хотелось бы мне иметь
ее ноги -- у нее были прелестные ноги! Жалко -- теперь пропадут...

Раневская постоянно опаздывала на репетиции. Завадскому это надоело, и
он попросил актеров о том, чтобы, если Раневская еще раз опоздает, просто ее
не замечать.
Вбегает, запыхавшись, на репетицию Фаина Георгиевна:
-- Здравствуйте!
Все молчат.
-- Здравствуйте!
Никто не обращает внимания. Она в третий раз:
-- Здравствуйте!
Опять та же реакция.
-- Ах, нет никого?! Тогда пойду поссу.

-- Доктор, в последнее время я очень озабочена своими умственными
способностями, -- жалуется Раневская психиатру.
-- А в чем дело? Каковы симптомы?
-- Очень тревожные: все, что говорит Завадский, кажется мне разумным...

-- Нонна, а что, артист Н. умер? -- Умер.
-- То-то я смотрю, он в гробу лежит...

-- Ох, вы знаете, у Завадского такое горе!
-- Какое горе?
-- Он умер.

Раневская забыла фамилию актрисы, с которой должна была играть на
сцене:
-- Ну эта, как ее... Такая плечистая в заду...

Узнав, что ее знакомые идут сегодня в театр посмотреть ее на сцене,
Раневская пыталась их отговорить:
-- Не стоит ходить: и пьеса скучная, и постановка слабая... Но раз уж
все равно идете, я вам советую уходить после второго акта.
-- Почему после второго?
-- После первого очень уж большая давка в гардеробе.

-- Очень сожалею, Фаина Георгиевна, что вы не были на премьере моей
новой пьесы, -- похвастался Раневской Виктор Розов. -- Люди у касс устроили
форменное побоище!
-- И как? Удалось им получить деньги обратно?

-- Ну-с, Фаина Георгиевна, и чем же вам не понравился финал моей
последней пьесы?
-- Он находится слишком далеко от начала.

Однажды Завадский закричал Раневской из зала: "Фаина, вы своими
выходками сожрали весь мой замысел!" "То-то у меня чувство, как будто
наелась говна", -- достаточно громко пробурчала Фаина. "Вон из театра!" --
крикнул мэтр. Раневская, подойдя к авансцене, ответила ему: "Вон из
искусства!!"

Ольга Аросева рассказывала, что, уже будучи в
преклонном возрасте, Фаина Георгиевна шла по
улице, поскользнулась и упала. Лежит на тротуаре
и кричит своим неподражаемым голосом:
-- Люди! Поднимите меня! Ведь народные
артисты на улице не валяются!

Как-то Раневская, сняв телефонную трубку, услышала сильно надоевший ей
голос кого-то из поклонников и заявила:
-- Извините, не могу продолжать разговор. Я говорю из автомата, а здесь
большая очередь.

Одной даме Раневская сказала, что та попрежнему молода и прекрасно
выглядит.
-- Я не могу ответить вам таким же комплиментом, -- дерзко ответила та.
-- А вы бы, как и я, соврали! -- посоветовала Фаина Георгиевна.

Хозяйка дома показывает Раневской свою фотографию детских лет.
На ней снята маленькая девочка на коленях пожилой женщины.
-- Вот такой я была тридцать лет назад.
-- А кто эта маленькая девочка? -- с невинным видом спрашивает Фаина
Георгиевна.

-- Я не пью, я больше не курю и я никогда не
изменяла мужу -- потому еще, что у меня его
никогда не было, -- заявила Раневская, упреждая
возможные вопросы журналиста.
-- Так что же, -- не отстает журналист, --
значит у вас совсем нет никаких недостатков?
-- В общем, нет, -- скромно, но с достоинством
ответила Раневская.
И после небольшой паузы добавила:
-- Правда, у меня большая жопа и я иногда
немножко привираю...

СОТВОРЮ ВАМ АВАТАРКУ! ОБРАЩАЙТЕСЬ!